Семь веков бело-синей Гжели

Олег Юрьевич Латышев продолжает знакомить нас с русскими художественными промыслами, которые нашли отражение в филателии и филокартии. Сегодня речь пойдет о Гжели.

Статья посвящена 130-летию со дня рождения советской художницы, скульптора-керамиста, создателя современного бело-синего стиля Гжели Наталии Ивановны Бессарабовой и 155-летию ее учителя, живописца Александра Алексеевича Бучкури.

*  *  *

На протяжении семи столетий мир самозабвенно любуется творениями гжельских мастеров. Глядя на безудержный танец дружных кобальтовых мазков, даже трудно представить, что только последние семь десятков лет Гжель предлагает нам сине-белые изделия.

Гжель мы воспринимаем как один из наиболее популярных русских художественных промыслов. Среди многочисленных видов росписи по керамике Гжель выделяется своей быстрой узнаваемостью и хорошей запоминаемостью.

Только далеко не всем известно о том, что на протяжении первых шести веков для создания Гжели использовались краски практически всех цветов, что хорошо видно на российских картмаксимумах 2022 года.

Но именно яркий кобальтовый цвет сделал Гжель знаменитой на весь мир. И теперь ее с удовольствием рассматривают не только на посуде и статуэтках…

На борту одноимённого теплохода Гжель узнается издалека, и притягивает взоры множества желающих оказаться в кают-компании такого нестандартного плавсредства. Достояние отечественной филотаймии помогает нам проникнуться непередаваемой уютной атмосферой.

И на борт воздушных кораблей тоже полноправно шагнула подмосковная Гжель. Фотохудожник Ольга Скрит оставила нам на память фото ливреи «Гжель», посвящённой 95-летнему юбилею авиакомпании «Аэрофлот», на фюзеляже самолёта, приземлившегося в международном аэропорту «Красноярск».

Неожиданного приятно смотрятся гжельские узоры на памятных монетах, приуроченных к Зимним Олимпийским играм в Сочи.

Двудолларовую монету с гжельскими узорами для Токелау с профилем британской королевы Елизаветы Второй помог выпустить Московский Монетный двор.

А доллары островов Кука мы с вами видели уже с изображением самых разных русских художественных промыслов. Гжель – на очереди!

Гжельские узоры можно встретить и на банковских карточках и на серии российских телефонных картах. Гжельские очаровательные цветочки «проросли» даже сквозь металл и пластик всевозможных технических средств нашей повседневности! Скажем прямо: Оставайся Гжель по-прежнему многоцветной, вряд ли бы ее узнаваемость стала брендовой.

Так кто же помог выделить кобальт в качестве первоосновной краски для современной Гжели? Обо всем – по порядку!

Весной 2012 года я направлялся в Воронеж, готовясь стать научным руководителем опытно-экспериментальной площадки Российской Академии образования, значительная часть работы которой должна была проходить в Воронежском областном художественном музее имени И.Н. Крамского. Под стук колес размышлял о творчестве передвижников, которых собрал вокруг себя неутомимый Иван Николаевич Крамской - герой многих наших статей. Однако переступив порог этого замечательного музея, и познакомившись с его увлечённым и деятельным директором Владимиром Дмитриевичем Добромировым, быстро понял, что из этих стен для нас открывается множество и совсем других интереснейших дорог. И тогда меньше всего думалось о том, что одна из них приведет в Гжель.

А было почему! Владимир Дмитриевич много рассказывал мне и моим спутникам о творчестве своих одаренных земляков – художников Александра Алексеевича Бучкури и Сергея Михайловича Романовича.

Художник-дизайнер Р. Комса 5 ноября 2020 года подготовил к выпуску маркированный евроконверт № 2020-113 «Воронеж. 150 лет со дня рождения А.А. Бучкури (1870–1942), художника». 

Художники Сергей Романович (слева) и Александр Бучкури

Много внимания мы уделяли в наших многочисленных беседах и воспитанной ими обоими художнице, скульпторе-керамисте, создателе современного бело-синего стиля Гжели Наталии Ивановне Бессарабовой. Бучкури и Романовичем как художник был взращён и ее будущий муж - Борис Александрович.

Портрет Бориса Александровича Бессарабова.
Наталья Ивановна Бессарабова, 1925 год, Дом-музей Марины Цветаевой

В январе-июне 1918 года, усилиями Бориса Александровича Бессарабова и его единомышленников, в Воронеже организуется класс рисования, живописи и лепки. Посещает занятия класса и его будущая супруга - Наталия Ивановна. В этом же году в Воронеж эвакуируется Императорский Юрьевский университ, хорошо известный нам как Тартуский университет, поскольку город Юрьев приобрел эстонское название Тарту.

В 1952 году в СССР была издана почтовая марка «150 лет Тартускому университету», а в 1982 году – еще одна миниатюра – уже к 180-летию со дня соснования этого вуза. Художественные коллекции из Юрьева пополнили собрание Музея древностей и изящных искусств Воронежского университета, юбилею которого дизайнер Хания Бетрединова посвятила одностороннюю почтовую карточку с литерой «В» № 2013-267/1 «Воронежский государственный университет. 95 лет».

С коллекцией Музея древностей и изящных искусств Воронежского университета была возможность знакомиться и учащимся курсов Бессарабова. Пройдёт еще полтора десятка лет, и в 1933 году к университетской коллекции присоединят коллекцию художественного отдела Воронежского областного краеведческого музея.

В этот период своего становления Наталия Ивановна Бессарабова будет работать с театральными коллективами различных советских городов. 20 июня 2014 года АО «Марка» выпускает маркированный евроконверт № 76К-2014/2014-102 «Воронежский областной краеведческий музей. 120 лет».

В результате такого слияния художественных коллекций и выделился в отдельное учреждение культуры Воронежский музей изобразительных искусств.

Фото П.А. и О.Ю. Латышевых 

В стенах Музея древностей и изящных искусств Воронежского университета Наталия Ивановна и её будущий супруг Борис Александрович могли любоваться изящным фарфором из Китая, Голландии, Англии, Германии… Цветовая гамма каждого из них была очень богата и разноообразна. Но уже тогда юные художники могли убедиться в том, что фарфор всех вышеназванных стран роднит выбор общих цветов – синим по белому.

Почти век спустя после Бессарабовых посчастливилось запечатлеть и мне, с любезного дозволения Владимира Дмитриевича, эту необычайную и, в то же время, строгую в своей цветовой лаконичности красоту – уже в постоянной экспозиции ВОХМ.

Вглядимся. Возможно, эта китайская ваза высотой с человеческий рост, сфотографированная мною со всех четырёх сторон, пока еще мало напоминает ту Гжель, которая обрела свой современный вид благодаря стараниям Наталии Ивановны Бессарабовой. Однако не доводилось ли вам встречать образцы Гжельской посуды, где и без того убедительное звучание кобальта на белом фоне все же подчеркивается ещё и органичными золотыми включениями?

Следующие китайские вазы, также выполненные в Поднебесной девятнадцатого столетия, по размеру уже значительно ближе к гжельской посуде.

Глядя на современные гжельские сервизы, вы можете убедиться в том, что все чаще сейчас Гжель «вспоминает» свой «добессарабовский» период, и приобщает к кобальту дополнительные цвета. Эти мастера сознательно или бессознательно создают посильные рефрены европейских сервизов позапрошлого века. А в отличие от этих изделий у Гжели вы вряд ли найдете в рисунке какие-либо острые углы – ее мастера стремятся к следованию природе, орнаменты которой Гжель заимствует и развивает сообразно безграничной художественной фантазии своих выдающихся мастеров.

Все это и сейчас можно увидеть в Воронеже. А представляете, каким откровением подобное могло быть для Бессарабовых, и как надолго залегало в души, чтобы потом, десятилетия спустя, расцвести уже на поверхности гжельского фарфора!

Почему же это произошло? После Великой Октябрьской Социалистической революции существовавшее в Гжели промышленное производство фарфора и фаянса остановилось, став уделом кустарей на долгие годы. В год Великой Победы страна нуждалась в новых светлых жизнеутверждающих символах. Одним из них суждено было стать гжельскому фарфору.

В поиске лучших традиций для его воссоздания Наталия Ивановна Бессарабова стала изучать образцы гжельских изделий в музеях. В этот момент полюбившийся ей по Воронежу вариант синего по белому, иногда встречавшийся и в дореволюционной Гжели в музейных собраниях страны, подсказал ей наиболее выразительный путь дальнейшего развития гжельского художественного промысла. С Победного года в Гжели торжествуют яркие синие кобальтовые мазки по белому сиянию фарфора!

В завершение одной из наших встреч я попросил Владимира Дмитриевича Добромирова взять в руки экспонат подобной расцветки в знак большого пламенного привета обновленной Гжели.

Продолжение следует...

О.Ю. Латышев

Статья по теме:
Волшебство гжельской росписи

Русские народные промыслы:
Дарю вам огромный букет!
Букет из Жостово
Эпоха возрождения Федоскино
Волшебство Палехской миниатюры